Боевые пистолеты предлагают причислить к гражданскому оружию.
В
политическую повестку дня нынешней России возвращается одна из ключевых
тем, о которых власти предпочитают не вспоминать. Это лагелизация
боевого короткоствольного оружия как средства самообороны. К тому, чтобы
разрешить гражданам владение пистолетами и револьверами, призвал в
пятницу первый вице-спикер Совета Федерации, член Национального
антитеррористического комитета Александр Торшин. «Надо разрешить
покупать в России боевое оружие легально для самообороны», - заявил
сенатор агентству РИА «Новости».
Предложение Торшина традиционно —
распространить на короткоствол, ныне не разрешенный к ношению и
владению гражданскими лицами, за исключением наградных, правила, которые
сейчас применяются к травматическому и гладкоствольному оружию. Так,
разрешение на покупку оружия могли бы получить те граждане, которые не
имеют судимости и не состоят на учете в наркодиспансере, считает
сенатор. При этом, по его словам, «надо ввести обязанность владельцев
оружия каждый год отчитываться в милиции о том, где находится это
оружие, а также ужесточить уголовную ответственность за утрату оружия,
введя за это тюремное заключение».
А вот популярные ныне
травматические пистолеты Александр Торшин предложил бы запретить. «В
отличие от боевого, травматическое оружие - безответственное, оно не
дисциплинирует его владельца, который не всегда отдает отчет в том, что
оно может нанести очень серьезный вред», - говорит сенатор.
Действительно, с ростом продаж травматических пистолетов в последние
несколько лет возросло количество уличных и дорожных стычек с тяжелыми и
даже летальными последствиями.
Предложения Торшина для «СП» прокомментировал руководитель столичного стрелкового клуба «Сайга» Рафаил Рудитский:
«СП»: - Согласны ли вы с предложением Александра Торшина, что стоило бы легализовать короткоствольное оружие?
-
Да, я давно выступаю именно за такое решение. «Травматы» расслабляют
людей, они думают, что имеют дело с игрушкой — а на деле ими можно
убить. И сейчас на улицах пистолет грабителя не остановит: чаще всего
нападающий подумает, что это просто «резинострел», и его проигнорирует. А
настоящее огнестрельное оружие — другое дело. С его помощью можно
воспитать высокую оружейную культуру — такую, как, например, существует у
горских народов или в США.
«СП»: - Насколько реально принятие такого решения?
-
Думаю, что пока это даже не пробнный шар, а просто мнение вице-спикера.
Слишком влиятельные силы пока что выступают против легализации
огнестрела.
«СП»: - Ну а если разрешат — хватит ли на российских складах пистолетов на всех желающих?
-
О, вы просто не знаете, какие мощные у нас военные склады. Там до сих
пор лежат тысячи единиц еще царского оружия - «Наганы», «Кольты»,
«мосинки»... А уж каких-нибудь «ТТ» там просто неимоверное количество.
Столько желающих обзавестись короткостволом в России просто не найдется.
Потому что тут нужна еще психологическая готовность.
«СП»: - Дело в бюрократии, в долгом оформлении оружия?
-
Да нет, просто большинство у нас неготово иметь при себе ствол. Да и
многие женщины будут против оружия у своих мужчин. Хотя, надо вам
сказать, женщины тоже бывают разные. Недавно видел девушку лет 27,
которая с третьей попытки так приноровилась к стрельбе по тарелкам, что
выбивала побольше, чем опытные стрелки.
«СП»: - Сколько, на ваш взгляд, россиян захотят купить легальный короткоствол?
- По социологическим исследованиям — таких около 5%, причем не от всего населения, а от совершеннолетних и дееспособных граждан.
«СП»: - Как вы относитесь к предложению давать уголовные сроки за утрату оружия?
-
Здесь господин Торшин, конечно, перегибает палку. Ведь оружие можно
утратить по самым разным причинам. К примеру, охотился, перевернулся на
лодке, утопил ружье. Или заснул в поезде, у тебя его сперли. И что,
теперь под суд за это идти? Такого не было даже на войне, где, конечно,
за утрату оружия можно было загреметь под трибунал, но всегда
учитывались обстоятельства: бойца могло контузить, оружие могло утонуть и
т.п.
Сам сенатор Александр Торшин отметил, что МВД, как основной
регулятор оборпота оружия в стране, по-прежнему против подобной
инициативы. Как неоднократно высказывались высшие милицейские чины,
правоохранители ожидают вспышки насилия в случае легализации боевого
оружия.
Между тем, сюжет с узакониванием «короткоствола» чем
дальше, тем больше получает политическую окраску. Ее можно разложить на
две составляющие. Во-первых, в среде российских интеллектуалов
адаптировалась западная идеологическая традиция, в соответствии с
которой позиция по вопросу о гражданском боевом оружии зависит от
политических убеждений. За вооруженное население традиционно выступают
правые, за разоружение всех, кроме сотрудников силовых ведомств — левые.
Правда,
отечественные стрелковые сообщества пока им близко не могут
соревноваться по влиятельности со своими заокеанскими коллегами. В США
Национальная стрелковая ассоциация (NRA, National Rifle Association)
представляет собой разветвленную структуру, по мощности не уступающую
крупнейшим профсоюзам, а ее рекомендации в политическом поле дорогого
стоят: скажем, именно благодаря протекции NRA на президентских
выборах-2008 на пост вице-президента от Республиканской партии
претендовала страстная охотница губернатор Аляски Сара Пэйлин, по сей
день остающаяся популярным политиком.
Однако интеллектуальный
класс в России, в плане отношения к оружию и владения им — лишь верхушка
айсберга. Во многих регионах России местные жители, не артикулирующие
никаких убеждений, владеют всевозможными видами огнестрельного оружия
даже без какой-либо регистрации. Среди таких регионов — прежде всего,
кавказские республики, где после многочисленных вооруженных конфликтов
имеется в наличии достаточно армейского оружия. Но и в собственно
русских регионах жители сел и деревень имеют незарегистрированное
оружие. Правда, чаще всего, это старого образца гладкоствольные
охотничьи ружья — но у многих людей в таких регионах, как Алтай, Русский
Север, таежные области Сибири, имеются и другие «изделия», от
упоминавшихся уже «наганов» до настоящих пулеметов. Источник:Свободная пресса.
|
